За период с 16 июля 2024 года по 07 августа 2024 года состоялись заседания Совета Адвокатской палаты Санкт-Петербурга (далее – АП СПб) под председательством президента Тенишева В.Ш.

+7 (812) 402-14-03 - многоканальный
+7 (812) 615-22-36 - Полномочные представители по защите

профессиональных прав адвокатов

+7 (812) 317-22-36 - Комиссия по защите профессиональных прав адвокатов

АИС «Адвокатура» Ведение дел
по назначению Бесплатная
юридическая помощь

На заседаниях Совета АП СПб в указанный период были приняты следующие решения, связанные с изменениями в реестре адвокатов:

1. 35 человек, успешно сдавших квалификационный экзамен на приобретение статуса адвоката (Решение Квалификационной комиссии Адвокатской палаты
Санкт-Петербурга о присвоении статуса адвоката от 20-21 июня 2024 года, протокол
№ 7), приняли присягу адвоката и приняты в члены Адвокатской палаты Санкт-Петербурга,

2. 5 адвокатов приняты в члены АП СПб на основании п. 5 и 8 ст. 15 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63–Ф3«Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее – Закон об адвокатуре);

3. 4 адвоката возобновили статус адвоката в соответствии с личным заявлением и на основании п. 5 ст. 16 Закона об адвокатуре;

4. 2 адвоката приостановили статус адвоката в соответствии с личным заявлением и на основании подп. 2 п. 1 ст. 16 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-Ф3 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (неспособность адвоката более шести месяцев исполнять свои профессиональные обязанности);

5. 7 адвокатов приостановили статус адвоката в соответствии с личным заявлением и на основании подп. 5 п. 1 ст. 16 Закона об адвокатуре (подача адвокатом заявления о приостановлении статуса адвоката по личным обстоятельствам);

6. 2 адвоката исключены из членов Адвокатской палаты Санкт-Петербурга в соответствии с личным заявлением и на основании п. 5 ст. 15 Закона об адвокатуре (уведомление адвоката об изменении членства в АП СПб на членство в АП другого субъекта РФ);

7. статус 6 адвокатов прекращен в соответствии с личным заявлением и на основании подп. 1 п. 1 ст. 17 Закона об адвокатуре (подача адвокатом заявления о прекращении статуса адвоката);

На заседаниях Совета АП СПб было рассмотрено 11 дисциплинарных производств в отношении адвокатов, по которым приняты следующие решения:

1 адвокату объявлено предупреждение,

7 дисциплинарных производств прекращены,

3 дисциплинарных производства направлены на новое разбирательство в Квалификационную комиссию АП СПб.

Обзор дисциплинарных производств,

рассмотренных Советом Адвокатской палаты Санкт-Петербурга

(далее – АП СПб) на заседании 23.07.2024^{^[1]}

1. Дисциплинарное производство прекращено по различным основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 25 КПЭА.

В соответствии с заключением Квалифкомиссии адвокатом Г. допущено нарушение, выразившееся в следующем.

(1) Адвокатом Г. было заключено соглашение об оказании юридической помощи с ООО «Р.» б/н от ХХ.04.2019, предметом которого являлось оказание квалифицированной юридической помощи П. в следственном отделе по Ф. району ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу по уголовному делу на стадии предварительного расследования. Позднее, 05.07.2021, между П. и ООО «Р.» был заключён договор б/н на оказание юридических услуг, предметом которого являлась организация юридического сопровождения уголовного дела № ХХХХХХ, находящегося в производстве Ф. районного отдела ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу, на этапе предварительного расследования.

При этом в указанных договорах отсутствуют сведения о самом адвокате
Г.. как лице, принявшем поручение к своему производству, и его адвокатском образовании, а равно иные существенные условия, предусмотренные Законом об адвокатуре и КПЭА для соглашения об оказании юридической помощи с адвокатом; с самим адвокатом Г. заявитель такое соглашение не заключала.

(2) Приняв поручение об оказании юридической помощи П. при указанных выше обстоятельствах, адвокат Г. не представил заявителю отчёт о проделанной работе (оказанных юридических услугах) за период ХХ.07.2021 по ХХ.11.2021.

(3) Исполняя поручение об оказании юридической помощи П. при указанных выше обстоятельствах, адвокат Г. ХХ.12.2021 получил от доверителя посредством безналичного платежа через банковское онлайн-приложение Сбербанка на свою банковскую карту
ХХ 000 руб., которые, по утверждению адвоката Г., являлись частичным возмещением расходов адвоката на нотариальное заверение протокола допроса свидетеля и иные расходы.

При этом при расходовании указанных денежных средств доверителя адвокатом Г. не были соблюдены требования п. 6 ст. 16 КПЭА.

Совет АП СПб, изучив материалы дисциплинарного производства, обсудив заключение Квалифкомиссии, пришёл к следующему.

Квалифкомиссия установила, что с ХХ.07.2021 защита П. осуществлялась адвокатом Г. на основании договора, заключённого П. с ООО «Р.».

Следовательно, соглашение об оказании юридической помощи с ООО «Р.» б/н от ХХ.04.2019, прекратило своё действие с указанной даты.

В соответствии с п. 5 ст. 18 КПЭА меры дисциплинарной ответственности могут быть применены к адвокату, если с момента совершения им нарушения прошло не более двух лет, а при длящемся нарушении – с момента его прекращения (пресечения).

В силу подп. 3 п. 3 ст. 21 КПЭА, обстоятельствами, исключающими возможность дисциплинарного производства, является истечение сроков применения мер дисциплинарной ответственности.

Согласно п. 8 ст. 23 КПЭА квалификационная комиссия обязана вынести заключение по существу, если к моменту возбуждения дисциплинарного производства не истекли сроки, предусмотренные статьей 18 настоящего Кодекса.

Как было указано выше, настоящее дисциплинарное производство было возбуждённо ХХ.08.2023.

Из взаимосвязанных положений приведённых норм, регулирующих процедурные основы дисциплинарного производства, следует, что не подлежали рассмотрению и оценке доводы жалобы П., относящиеся к событиям, имевшим место ранее ХХ.08.2021.

При таких обстоятельствах Совет АП СПб пришёл к выводу о необходимости прекращения дисциплинарного производства в указанной части вследствие обнаружившегося в ходе разбирательства отсутствия допустимого повода для возбуждения дисциплинарного производства.

Что касается нарушений, допущенных адвокатом Г. при исполнении договора с ООО «Р.» от ХХ.07.2021, Совет АП СПб отметил следующее.

Квалифкомиссия установила, что действие указанного договора было прекращено ХХ.11.2021 в связи с отказом П. от услуг адвоката Г., имевшего место во время их переписки в мессенджере WhatsApp.

Сама П. данный факт отрицает, однако представила в материалы дисциплинарного дела своё заявление от ХХ.12.2021, адресованное в следственный отдел по Ф. району ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу, об отказе от услуг адвоката Г.

Таким образом, в любом случае, взаимоотношения между П. и адвокатом Г. в рамках договора с ООО «Р.» от ХХ.07.2021 прекратились не позднее ХХ.12.2021.

В силу подп. 6 п. 1 ст. 25 КПЭА, Совет вправе принять по дисциплинарному производству решение о прекращении дисциплинарного производства вследствие истечения сроков применения мер дисциплинарной ответственности, обнаружившегося в ходе разбирательства Советом или комиссией.

Согласно абз. 10 п. 1 ст. 25 КПЭА прекращение дисциплинарного производства по основанию, указанному в подпункте 6 пункта 1 настоящей статьи, не допускается, если адвокат, в отношении которого возбуждено дисциплинарное производство, возражает против этого. В этом случае дисциплинарное производство продолжается в обычном порядке, и Совет принимает одно из решений, предусмотренных подпунктами 1 - 5, 7 - 8 настоящего пункта, за исключением решения о применении к адвокату мер дисциплинарной ответственности.

Возражений относительно прекращения дисциплинарного производства от адвоката Г. не поступило.

При таких обстоятельствах Совет АП СПб пришёл к выводу о необходимости прекращения дисциплинарного производства в указанной части вследствие истечения сроков применения мер дисциплинарной ответственности, обнаружившегося в ходе разбирательства Советом.

Кроме того, Квалифкомиссия признала , что в нарушение п. 6 ст. 10 КПЭА адвокат Г. не представил заявителю отчёт о проделанной работе (оказанных юридических услугах) за период ХХ.07.2021 по ХХ.11.2021 по соглашению об оказании юридической помощи б/н от ХХ.04.2019 и договору б/н на оказание юридических услуг от ХХ.07.2021, на основании которых он и осуществлял защиту П. на этапе предварительного расследования по уголовному делу № ХХХХХ.

Как видно из содержания п. 6 ст. 10 КПЭА, гипотеза упомянутой нормы включает в себя условие о соответствующей просьбе доверителя.

Между тем Квалифкомиссией не установлено, что такая просьба П. имела место, материалы дисциплинарного производства сведений о такой просьбе не содержат.

При таких обстоятельствах Совет АП СПб вопреки заключению Квалифкомиссии пришёл к выводу о необходимости прекращения дисциплинарного производства в указанной части вследствие отсутствия в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, включая КПЭА.

Также Квалифкомиссия признала, что адвокатом Г. допущено нарушение, выразившееся в невыполнении действий в соответствии с предписаниями п. 6 ст. 16 КПЭА при расходовании денежных средств в размере ХХ 000 руб., перечисленных заявителем П. ХХ.12.2021 путём безналичного перевода через банковское онлайн-приложение Сбербанка на банковскую карту адвоката.

Как было указано выше, взаимоотношения между П. и адвокатом Г. прекратились не позднее ХХ.12.2021.

Таким образом, как с момента перечисления денежных средств, так и с момента прекращения отношений между сторонами дисциплинарного производства прошло более двух лет.

Возражений относительно прекращения дисциплинарного производства от адвоката Г. не поступило.

Совет АП СПб согласился с выводом Квалифкомиссии, что остальные обвинения П. в адрес адвоката Г. не нашли подтверждения в ходе дисциплинарного разбирательства.

В частности, не подтверждается материалами дисциплинарного дела обвинение П. в том, что адвокат при получении от неё ХХХ 000 руб. наличными, не выдал заявителю финансовых отчётных документов.

Адвокат Г. утверждает, что наличных денежных средств непосредственно от П. он не получал, поскольку плательщиком по его услугам являлось само ООО «Р.», а о финансовых взаимоотношениях П. и ООО «Р.» он ничего пояснить не может.

Последнее возражение адвоката можно поставить под сомнение, поскольку из открытых источников (сервис «прозрачный бизнес» на официальном сайте ФНС РФ https://pb.nalog.ru) следует, что Г. является участником ООО «Р.», то есть контролирующим лицом данной организации.

Однако ввиду отсутствия в материалах дисциплинарного производства прямых доказательств получения именно адвокатом непосредственно от заявителя наличных денежных средств, в отношении адвоката Г. подлежит применению общеправовая презумпция добросовестности, установленная в п. 5 ст. 10 ГК РФ, согласно которой добросовестность и разумность действий адвоката предполагаются.

Также в ходе дисциплинарного разбирательства не нашло подтверждения обвинение адвоката Г. в том, что последний в телефонных разговорах с заявителем периодически негативно высказывался о двух других адвокатах, принимавших участие в защите П. по уголовному делу, высмеивал их.

При таких обстоятельствах Совет АП СПб пришёл к выводу о необходимости прекращения дисциплинарного производства в указанной части вследствие отсутствия в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, включая КПЭА.

(Дисциплинарное производств № 131/2023 в отношении адвоката Г.)

2. Адвокат вправе рассчитывать, что судебное заседание начнётся вовремя. В условиях, когда продолжительность задержки судебного заседания в суде была для адвоката неочевидна, умысел или грубая неосторожность в несвоевременном уведомлении другого суда о невозможности по уважительными причинам прибыть в назначенное время для участия в судебном заседании отсутствует.

В соответствии с заключением Квалифкомиссии адвокатом А. допущено нарушение взаимосвязанных требований:

- подп. 5 п. 1 ст. 9 КПЭА: «Адвокат не вправе принимать поручения на оказание юридической помощи в количестве, заведомо большем, чем адвокат в состоянии выполнить»;

- п. 3 ст. 10 КПЭА: «Адвокат не должен принимать поручение, если его исполнение будет препятствовать исполнению другого, ранее принятого поручения»;

- п. 1 ст. 14 КПЭА: «При невозможности по уважительными причинам прибыть в назначенное время для участия в судебном заседании или следственном действии, а также при намерении ходатайствовать о назначении другого времени для их проведения, адвокат должен при возможности заблаговременно уведомить об этом суд или следователя, а также сообщить об этом другим адвокатам, участвующим в процессе, и согласовать с ними время совершения процессуальных действий».

Нарушение выразилось в следующем.

Адвокат А. в В. районном суде г. Санкт-Петербурга участвовал в качестве представителя потерпевшей в уголовном деле в отношении П., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ.

Очередное судебное заседание по данному делу было назначено на ХХ.11.2023 в 14.30 час.

Будучи надлежащим образом и заблаговременно извещённым о дате и времени судебного заседания, адвокат А. в указанное время в судебное заседание не явился, поскольку участвовал в другом деле в Третьем кассационном суде общей юрисдикции.

Ввиду задержки рассмотрения дела в Третьем КСОЮ адвокат А. позвонил в зал судьи Ф. и сообщил помощнику судьи о сложившейся ситуации только в 14.00 час.; в В. районный суд Санкт-Петербурга адвокат А. прибыл в 16.10 час.

Неявка адвоката А. в В. районный суд Санкт-Петербурга в назначенное время повлекла отложение судебного заседания.

Совет АП СПб нашёл, что фактические обстоятельства Квалифкомиссией были установлены правильно, однако к выводам Квалифкомиссии отнёсся критически.

Прежде всего, Совет АП СПб не согласился с предложенной Квалифкомиссией квалификацией допущенного адвокатом А. нарушения^{^[2]}.

В ходе дисциплинарного разбирательства не было получено сведений, бесспорно указывающих на то, что:

- адвокатом А. было принято поручений на оказание юридической помощи в количестве, заведомо большем, чем адвокат в состоянии была выполнить;

- принятие адвокатом А. очередного поручения с очевидностью будет препятствовать исполнению другого, ранее принятого поручения.

Единственный установленный Квалифкомиссией случай совпадения даты двух судебных заседаний не свидетельствует о чрезмерной профессиональной загруженности адвоката А., с которой он не смог бы справиться.

Кроме этого, в последнем случае Квалифкомиссией не установлено, когда и при каких обстоятельствах адвокатом А. принимались соответствующие поручения.

При таком положении квалифицировать действия адвоката А. по подп. 5 п. 1 ст. 9 и п. 3 ст. 10 КПЭА не представляется возможным.

При наличии соответствующих условий несвоевременную явку адвоката А. в В. районный суд Санкт-Петербурга возможно было квалифицировать как проявление неуважения к суду при участии в судопроизводстве, т.е. по абз. 1 ст. 12 КПЭА.

Однако Совет АП СПб полагает, что и этого нарушения адвокатом А. допущено не было.

Совет АП СПб считает, что при отложении рассмотрения дела в В. районном суде Санкт-Петербурга на 14.30 час. ХХ.11.2023 адвокат А. был вправе рассчитывать, что судебное заседание в Третьем кассационном суде в этот же день в 10.50 час. начнётся вовремя.

При этом его уверенность, что с учётом четырехчасовой разницы между началом заседаний, он сможет своевременно принять участие в каждом судебном заседании, имела под собой достаточные основания.

Что касается нарушения адвокатом А. предписаний п. 1 ст. 14 КПЭА (несвовременное, «запоздалое», уведомление суда о невозможности по уважительными причинам прибыть в назначенное время для участия в судебном заседании), Совет АП СПб отмечает следующее.

Как установила Квалифкомиссия, о задержке рассмотрения дела в Третьем КСОЮ адвокат А. сообщил в В. районный суд Санкт-Петербурга в 14.00 час.

Совет АП СПб полагает, что в условиях, когда продолжительность задержки судебного заседания в Третьем КСОЮ была для адвоката А. неочевидна, умысел или грубая неосторожность в его действиях (бездействии) отсутствует, поэтому он не должен подлежать дисциплинарной ответственности за это нарушение.

Наконец, Совет АП СПб соглашается с выводом Квалифкомиссии, что доводы судьи о том, что адвокат А. ранее неоднократно опаздывал в судебные заседания, ничем не подтверждаются.

Обсудив заключении Квалифкомиссии, Совет АП СПб перешёл к голосованию.

В результате голоса членов Совета АП СПб разделились поровну, из двенадцати присутствующих членов Совета шесть проголосовали за предложение согласиться с заключением Квалифкомиссии и, следовательно, за наличие в действиях (бездействии) адвоката А. нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, включая КПЭА; шесть членов Совета проголосовали за принятие решения о необходимости прекращения дисциплинарного производства вследствие отсутствия в действиях (бездействии) адвоката А. нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, включая КПЭА.

Согласно п. 8.6 регламента Совета АП СПб: «При равенстве голосов по вопросам, относящимся к итоговому решению Совета, принятым считается решение, наиболее благоприятное для адвоката, в отношении которого возбуждено дисциплинарное производство.».

В соответствии с п. 1.1 решения Совета Федеральной палаты адвокатов от 22.03.2011 «О принятии решений квалификационными комиссиями и советами региональных адвокатских палат в случае равенства голосов при голосовании» (Протокол № 9): «При равенстве голосов членов совета адвокатской палаты по вопросу о наличии в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) Кодекса профессиональной этики, о неисполнении или ненадлежащем исполнении им своих обязанностей перед доверителем или адвокатской палатой и о применении к адвокату мер дисциплинарной ответственности принимается решение о прекращении дисциплинарного производства по основаниям, предусмотренным пп. 2 п. 1 ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката.».

При таком положении приятым считается решение о прекращении дисциплинарного производства в отношении адвоката А. вследствие отсутствия в его действиях (бездействии) нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, включая КПЭА, вопреки заключению квалификационной комиссии.

(Дисциплинарное производство № 383/2023 в отношении адвоката А.)

3. Адвокат вправе рассчитывать, что судебное заседание начнётся вовремя. В условиях, когда продолжительность задержки судебного заседания в суде была для адвоката неочевидна, умысел или грубая неосторожность в несвоевременном уведомлении другого суда о невозможности по уважительными причинам прибыть в назначенное время для участия в судебном заседании отсутствует.

В соответствии с заключением Квалифкомиссии адвокатом Л. допущено нарушение, выразившееся в следующем.

Адвокат Л. на основании соглашения осуществлял защиту подсудимой Р. по уголовному делу в отношении Р. и ещё 23 подсудимых по обвинению в совершении нескольких преступлений, предусмотренных ч.ч. 1 и 2 ст. 210, ч. 4 ст. 159 УК РФ, находящемуся в производстве П. районного суда Санкт-Петербурга.

Очередное судебное заседание было назначено на ХХ.09.2023 в 11.00 час.

Будучи своевременно извещённым о дате, времени и месте проведения судебного заседания, адвокат Л. лишь непосредственно перед началом заседания оповестил суд о том, что ХХ.09.2023 он участвует в другом заседании по уголовному делу, находящемуся в производстве С. районного суда Санкт-Петербурга, которое назначено на 10.00 час.

Будучи ХХ.09.2023 извещённым С. районным судом Санкт-Петербурга о назначении первого судебного заседания по иному уголовному делу на ХХ.09.2023 в 10.00 час., адвокат Л. в период с ХХ.09.2023 по ХХ.09.2023 не известил П. районный суд Санкт-Петербурга о своей занятости ХХ.09.2023 в С. районном суде Санкт-Петербурга и о своём возможном опоздании и/или неявке в этот день в П. районный суд Санкт-Петербурга, в связи с чем последний не имел возможности известить об этом других участников судебного разбирательства.

В результате неявки адвоката Л. ХХ.09.2023 в 11.00 час. в судебное заседание в П. районный суд Санкт-Петербурга, рассмотрение уголовного дела было судом отложено.

Прежде всего, Совет АП СПб не согласился с предложенной Квалифкомиссией квалификацией допущенного адвокатом Л. нарушения.

В ходе дисциплинарного разбирательства не было получено сведений, бесспорно указывающих на то, что:

- адвокатом Л. было принято поручений на оказание юридической помощи в количестве, заведомо большем, чем адвокат в состоянии была выполнить;

- принятие адвокатом Л. очередного поручения с очевидностью будет препятствовать исполнению другого, ранее принятого поручения.

Единственный установленный Квалифкомиссией случай совпадения даты двух судебных заседаний не свидетельствует о чрезмерной профессиональной загруженности адвоката Л., с которой он не смог бы справиться.

Кроме этого, в последнем случае Квалифкомиссией не установлено, когда и при каких обстоятельствах адвокатом Л. принимались соответствующие поручения.

При таком положении квалифицировать действия адвоката Л. по подп. 5 п. 1 ст. 9 и п. 3 ст. 10 КПЭА не представляется возможным.

При наличии соответствующих условий несвоевременную явку адвоката Л. в П. районный суд Санкт-Петербурга возможно было квалифицировать как проявление неуважения к суду при участии в судопроизводстве, т.е. по абз. 1 ст. 12 КПЭА.

Однако Совет АП СПб полагает, что и этого нарушения адвокатом Л. допущено не было.

Совет АП СПб считает, что, узнав о назначении предварительного слушания уголовного дела в С. районном суде Санкт-Петербурга на 10.00 час. ХХ.09.2023 адвокат Л. был вправе рассчитывать, что судебное заседание начнётся вовремя и займёт непродолжительное время.

При этом его уверенность, что он сможет своевременно принять участие в каждом судебном заседании, имела под собой достаточные основания.

Что касается нарушения адвокатом Л. предписаний п. 1 ст. 14 КПЭА (несвовременное, «запоздалое», уведомление суда о невозможности по уважительными причинам прибыть в назначенное время для участия в судебном заседании), Совет АП СПб отметил следующее.

Как установила Квалифкомиссия, о задержке рассмотрения дела в С. районном суде Санкт-Петербурга адвокат Л. сообщил в П. районный суд Санкт-Петербурга непосредственно перед началом заседания.

Совет АП СПб полагает, что в условиях, когда продолжительность задержки судебного заседания в С. районном суде Санкт-Петербурга была для адвоката Л. неочевидна, умысел или грубая неосторожность в его действиях (бездействии) отсутствует, поэтому он не должен подлежать дисциплинарной ответственности за это нарушение.

Кроме этого, Совет АП СПб находит, что опоздание адвоката Л. к началу судебного заседания в П. районном суде Санкт-Петербурга на 17 минут не свидетельствовало о безусловной необходимости отложения судебного заседания на другую дату, тем более с учётом обстоятельств, на которые ссылается сам заявитель – особая организационная сложность уголовного дела ввиду количества подсудимых, адвокатов и объёма материалов самого дела.

При таких обстоятельствах Совет АП СПб принял решение о прекращении дисциплинарного производства в отношении адвоката Л. вследствие отсутствия в его действиях (бездействии) нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, включая КПЭА, вопреки заключению квалификационной комиссии.

(Дисциплинарное производство № 376/2023 в отношении адвоката Л.)

4. Адвокату объявлено предупреждение за ненадлежащее исполнение принятых на себя обязательств по соглашению об оказании юридической помощи.

Непредставление адвокатом каких-либо прямых возражений, документов в опровержение доводов жалобы расценивается как непредставление доказательств, опровергающих доводы жалобы, что, в свою очередь, подтверждает неисполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей в данной части перед доверителем и рассматривается в качестве предосудительного бездействия.

Надлежащее выполнение адвокатом своих обязанностей перед доверителем предполагает не только оказание ему квалифицированной юридической помощи, но и квалифицированное оформление договорных отношений с доверителем в соответствии с Законом об адвокатуре.

Нарушения выразились в следующем.

(1) ХХ.09.2021 между адвокатом Н. и Ш. было заключено соглашение № ХХ-22 об оказании юридической помощи, в соответствии с которым адвокат Н. представлял интересы Ш. в гражданском судопроизводстве в Л. районном суде Ленинградской области.

Бездействуя вопреки своим профессиональным обязанностям, адвокат Н. не информировал доверителя о ходе исполнения поручения.

(2) Кроме этого, адвокатом Н. не урегулировал вопросы, связанных с расторжением упомянутого выше соглашения с Ш., что создало предпосылки для возникновения недопонимания между адвокатом и доверителем, которого можно было избежать при надлежащем оформлении отказа от исполнения соглашения.

Это привело к одностороннему отказу адвоката Н. от исполнения своих профессиональных обязательств по соглашению, а также неявке адвоката Н. в судебное заседание Л. районного суда Ленинградской области ХХ.08.2023, вопреки принятым на себя обязательствам по соглашению.

Соглашаясь с выводами Квалифкомиссии, Совет АП СПб отметил следующее.

1. Относительно доводов жалобы о нарушении финансовой дисциплины.

Квалифкомиссия верно отметила, что в доводах заявителя об оплате услуг адвоката в размере ХХХ 000 руб. и невыдаче адвокатом квитанции об оплате вознаграждения отсутствуют сведения, свидетельствующие о совершении дисциплинарного проступка, поскольку заявителем не представлено никаких доказательств в подтверждение доводов о передаче адвокату вознаграждения в указанном размере.

Не могут служить основанием привлечения к дисциплинарной ответственности адвоката и доводы заявителя о невыдаче доверителю квитанции об оплате услуг адвоката, поскольку заявителем не представлены объективные доказательства оплаты, которые в силу положений КПЭА порождают обязанность адвоката Н. исполнить требования доверителя и выдать ему квитанцию.

При таких обстоятельствах Совет АП СПб вслед за Квалифкомиссией пришёл к выводу о необходимости прекращения дисциплинарного производства в указанной части вследствие отсутствия в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, включая КПЭА.

2. Относительно доводов жалобы о ненадлежащем исполнении адвокатом Н. профессиональных обязанностей перед доверителем.

2.1. Давая оценку доводам жалобы о том, что адвокат не информировал доверителя о ходе исполнения поручения, не выходил с ним на связь, Квалифкомиссия справедливо отметила, что адвокатом Н. не представлено каких-либо доказательств в опровержение указанного довода доверителя, в том числе и доказательств передачи доверителю копий процессуальных документов, подготовленных адвокатом.

Дисциплинарные органы адвокатского самоуправления неоднократно ранее отмечали, что при отсутствии материалов адвокатского досье и доказательств, опровергающих доводы заявителя, в отношении доводов жалобы не может быть применена презумпция добросовестности адвоката, закреплённая в ст. 8 КПЭА, поскольку иное возлагало бы на Квалифкомиссию обязанность самостоятельного собирания доказательств для опровержения доводов жалобы, что прямо противоречит Закону об адвокатуре.

С момента заключения соглашения об оказании юридической помощи адвокат приобретает обязательства по исполнению поручения, которые предусматривают честное, разумное, добросовестное, квалифицированное, принципиальное и своевременное исполнение своих обязанностей, активную защиту прав, свобод и интересов доверителей всеми не запрещёнными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом, КПЭА; уважительное отношение к правам, чести и достоинству лиц, обратившихся к нему за оказанием юридической помощи, доверителей и иных лиц (подп. 1 п. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре, п. 1 ст. 6 КПЭА).

Совет АП СПб разделяет мнение Квалифкомиссии, что, приняв поручение доверителя по оказанию квалифицированной помощи по представлению интересов доверителя по гражданскому делу в суде, адвокат пренебрёг своими профессиональными обязанностями, не информировал доверителя о ходе исполнения поручения.

Каких-либо доказательств информирования доверителя о ходе исполнения поручения материалы дисциплинарного производства не содержат.

Непредставление адвокатом каких-либо прямых возражений, документов в опровержение доводов жалобы, Квалифкомиссия обоснованно расценила как непредставление доказательств, опровергающих доводы жалобы, что, в свою очередь, подтверждает неисполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей в данной части перед доверителем.

Отсутствие от адвоката Н. каких-либо пояснений относительно доводов жалобы Ш. в указанной части Совет АП СПб рассматривает в качестве предосудительного бездействия.

При этом, как верно заметила Квалифкомиссия, в отношении доводов жалобы не может быть применена презумпция добросовестности адвоката, закреплённая в ст. 7 Закона об адвокатуре и ст. 8 КПЭА, поскольку иное возлагало бы на Квалифкомиссию обязанность самостоятельного собирания доказательств опровержения доводов жалобы, что прямо противоречит Закону об адвокатуре.

Оценивая действия адвоката Н. по исполнению поручения доверителя Ш., Квалифкомиссия пришла к обоснованному выводу о ненадлежащем (недобросовестном и несвоевременном) исполнении адвокатом своих обязательств перед доверителем, выразившихся в неинформировании доверителя о ходе исполнения поручения, то есть о нарушении адвокатом Н. требований подп. 1 п. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре и подп. 1 ст. 8 КПЭА.

2.2. Квалифкомиссия обоснованно заключила, что в доводах подателя жалобы о длительном рассмотрении дела судом, а также непредставлении адвокатом Н. в суд доказательств отсутствуют сведения о нарушении адвокатом норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре.

Квалифкомиссия верно отметила, что не образует состава дисциплинарного проступка адвоката длительное нерассмотрение гражданского дела судом (которое не завершено и в настоящее время), что было вызвано, в том числе необходимостью истребования доказательств в подтверждение заявленных подателем жалобы исковых требований.

Совет АП СПб разделяет мнение Квалифкомиссии, что дисциплинарные претензии подателя жалобы о непредставлении адвокатом в суд доказательств являются неконкретными и неопределёнными, в жалобе не указывается, какие именно доказательства должен был представить адвокат в суд, а также передавались ли какие-либо доказательства доверителем адвокату либо адвокат имел возможность самостоятельно их истребовать.

Совет АП СПб вслед за Квалифкомиссией отмечает, что с учётом требований
подп. 6 и 7 п. 2 ст. 20 КПЭА неконкретность выдвинутых дисциплинарных обвинений и непредставление подтверждающих их доказательств, исключают саму возможность для дисциплинарных органов адвокатского самоуправления рассмотреть такое обращение по существу.

Однако подателем жалобы требование КПЭА об указании в обращении доказательств, подтверждающих обстоятельства, на которых основаны выдвигаемые им требования, было полностью проигнорировано.

При таких обстоятельствах Совет АП СПб вслед за Квалифкомиссией пришёл к выводу о необходимости прекращения дисциплинарного производства в указанной части вследствие обнаружившегося в ходе разбирательства отсутствия допустимого повода для возбуждения дисциплинарного производства.

3. Относительно доводов заявителя о том, что адвокатом был подан в Л. районный суд Ленинградской области иск ХХ.08.2021, который был принят судом к производству ХХ.10.2021 и оставлен без рассмотрения ХХ.06.2022, Квалифкомиссия установила, что претензии заявителя о подаче адвокатом иска, который был оставлен судом без движения, материалами дисциплинарного производства не подтверждаются.

Как следует из материалов дисциплинарного производства, соглашение между сторонами дисциплинарного производства было заключено ХХ.09.2021, то есть после подачи заяителем иска в суд. Также из искового заявления от ХХ.08.2021 следует, что представителем Ш. являлся А., такие же сведения следуют из карточки по гражданскому делу. Таким образом, претензии заявителя в указанной части не подтверждены.

Относительно претензий заявителя о ненадлежащем исполнении адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем, выразившихся в неявках в судебные заседания и послуживших основанием для оставления иска Ш. без рассмотрения, Квалифкомиссией было установлено следующее.

ХХ.07.2022 исковое заявление Ш. было оставлено без рассмотрения.

Из карточки по гражданскому делу № 2-ХХХ/2022 (№ 2-ХХХХ/2021) следует, что в судебном заседании ХХ.09.2022 удовлетворено ходатайство об отмене определения суда об оставлении иска без рассмотрения (абз. 7, 8 ст. 222 ГПК РФ).

Квалифкомиссия верно отметила, что норма абз. 7 и абз. 8 ст. 222 ГПК РФ сформулирована императивно – в случае двукратной неявки истца либо обеих сторон при наличии названных условий суд обязан оставить заявление без рассмотрения. Сведений о неявке адвоката в судебное заседание, как и определения суда о возобновлении гражданского дела материалы дисциплинарного производства не содержат.

Отменяя своё определение об оставлении без рассмотрения искового заявления Ш., суд в своём определении от ХХ.09.2022 должен был установить уважительность причин отсутствия адвоката или отсутствие надлежащего уведомления истца или его представителя.

Адвокатом также даны в указанной части подробные пояснения, которые в совокупности со сведениями, размещёнными в карточке, опровергают доводы подателя жалобы о неявках адвоката в суд без уважительных причин, приведших к оставлению иска без рассмотрения. Следовательно, презумпция добросовестности адвоката Н. в части данного дисциплинарного обвинения не опровергнута, а в действиях адвоката отсутствует состав дисциплинарного проступка.

4. Относительно доводов заявителя об одностороннем отказе адвоката Н. от исполнения своих профессиональных обязательств по соглашению, выразившихся в том, что адвокат не явился в судебное заседание ХХ.08.2023, «кинул доверителю доверенность и ушёл».

Квалифкомиссия верно отметила, что стороны дисциплинарного производства данные обстоятельства описывают по-разному. Так, заявитель указывает, что адвокат отказался в одностороннем порядке исполнять свои обязательства по соглашению, не явился в судебное заседание, кинул доверенность и ушёл.

Адвокат не оспаривает, что не присутствовал в судебном заседании ХХ.08.2023, однако указывает, что в суд явился, но именно Ш. без объяснения причин заявил адвокату Н. о том, что в его представительстве он больше не нуждается, и потребовал вернуть документы; об отзыве доверенности и прекращении полномочий адвокат уведомил помощника судьи и секретаря в присутствии адвоката процессуального оппонента.

Квалифкомиссия обоснованно исходила из того, что между сторонами дисциплинарного производства произошёл конфликт, который не разрешён до настоящего времени, поскольку сторонами не урегулированы вопросы расторжения соглашения.

Неурегулирование вопросов, связанных с расторжением соглашения, создало предпосылки для возникновения недопонимания между адвокатом и доверителем, которого можно было избежать при надлежащем оформлении отказа от исполнения соглашения.

Давая правовую оценку установленным фактическим обстоятельствам, Квалифкомиссия правомерно сослалась на положения п. 1 ст. 1 Закона об адвокатуре, в соответствии с которыми адвокатская деятельность – это квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката, в целях защиты прав, свобод и интересов физических и юридических лиц, а также в целях обеспечении их доступа к правосудию.

Также Квалифкомиссия верно отметила, что в соответствии со ст.ст. 7 и 18 Закона об адвокатуре профессиональные обязанности адвоката, ответственность за их неисполнение либо ненадлежащее исполнение, а также гарантии его независимости распространяются на всех адвокатов с момента признания за ними соответствующего статуса.

Будучи независимым профессиональным советником по правовым вопросам, на которого законом возложена обязанность защищать права и свободы человека и гражданина, адвокат осуществляет деятельность, имеющую публично-правовой характер, реализуя гарантии права каждого на получение квалифицированной юридической помощи.

Именно на адвокате, как на профессиональной стороне соглашения, формирующей его условия, лежит обязанность обеспечить высокую степень определённости и максимальную конкретность при расторжении соглашения с доверителем.

Решением Совета АП СПб «О порядке оформления соглашений об оказании юридической помощи и их регистрации в документации соответствующих адвокатских образований» (утв. Советом АП СПб 04.02.2020 (протокол № 1; с изменениями на 29.03.2021г.) (далее – Решение Совета АП СПб «О порядке оформления соглашений») установлено: «Обязанность по оформлению договорных отношений с доверителем в строгом соответствии с Законом об адвокатуре возложена на адвоката и неисполнение (ненадлежащее исполнение) этой обязанности является основанием для привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности»^{^[3]}.

Адвокат обязан соблюдать КПЭА и исполнять решения органов адвокатской палаты и органов Федеральной палаты адвокатов, принятые в пределах их компетенции (подп. 4 п. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре, п. 6 ст. 15 КПЭА).

Оценивая действия адвоката Н., Квалифкомиссия обоснованно исходила из того, что, действуя в условиях конфликта с доверителем, адвокат Н., как профессиональная сторона правоотношений, избравший позицию отрицания совершения дисциплинарного проступка в части одностороннего отказа от исполнения и неявки в судебное заседание, не представил достоверных и достаточных доказательств в опровержение доводов подателя жалобы.

Адвокат не был лишён возможности в подтверждение своей позиции надлежащим образом осуществить контроль за надлежащим оформлением расторжения соглашения, что также может служить доказательством при защите адвоката от необоснованных претензий доверителя.

При таких обстоятельствах Совет АП СПб вслед за Квалифкомиссия пришёл к выводу о ненадлежащем исполнении адвокатом Н. своих обязательств перед доверителем Ш., выразившихся в одностороннем отказе адвоката от исполнения своих профессиональных обязательств по соглашению, неявке в судебное заседание 16.08.2023, то есть, о нарушении адвокатом требований подп. 4 п. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре и подп. 1 ст. 8, п. 6 ст. 15 КПЭА (во взаимосвязи с п. 6 решения Совета АП СПб «О порядке оформления соглашений»).

5. Одновременно Совет АП СПб отметил, что Квалифкомиссия правомерно оставила без рассмотрения требования заявителя об обязании адвоката возвратить вознаграждение, поскольку споры между адвокатом и доверителем подлежат разрешению исключительно в порядке, предусмотренном гражданским процессуальным законодательством, и находятся вне рамок компетенции дисциплинарных органов АП СПб, полномочия которых ограничены установлением в действиях (бездействиях) адвоката только признаков дисциплинарного проступка и применения к адвокату мер дисциплинарной ответственности.

Избирая в соответствии с требованиями п. 4 ст. 18 КПЭА меру дисциплинарной ответственности адвокату Н. за допущенные нарушения, Совет АП СПб признал их тяжкими, а также учёл их умышленный характер, обусловленный очевидным пренебрежением адвокатом основополагающими требованиями законодательства об адвокатской деятельности, Кодекса профессиональной этики адвоката, а также решениями, принятых органами адвокатского самоуправления в пределах их компетенции. Совет также принял во внимание, что адвокатом Н. было допущено очевидное пренебрежение принятыми на себя обязательствами, а также правами и законными интересами доверителя.

Также Совет АП СПб учёл отсутствие у адвоката Н. критического отношение к своему поведению.

Адвокату объявлено предупреждение.

(Дисциплинарное производство № 374/2023 в отношении адвоката Н.)

5. Доводы обращения судьи не нашли своего подтверждения в ходе дисциплинарного разбирательства. Дисциплинарное производство прекращено.

В своем обращении судья Н. указала, что в производстве Ф. районного суда Санкт-Петербурга находится уголовное дело № 1- ХХХ/2023 в отношении М., поступившее в суд ХХ.04.2023. Защиту М. по назначению в порядке ст.ст. 50, 51 УПК РФ осуществлял адвокат Ф. на основании заявки суда № ХХХХ от ХХ.05.2023.

В судебное заседание ХХ.10.2023 явился адвокат Н., представивший суду удостоверение адвоката № ХХХХ и ордер А ХХХХХХ от ХХ.10.2023 на представление интересов М. на стадии судебного разбирательства во Ф. районном суде СПб. В качестве основания в ордере указано соглашение с реквизитами № Х/ХХ-2023 от ХХ.03.2023.

На вопрос председательствующего, в связи с чем адвокат представляет суду ордер по соглашению от ХХ.03.2023 только ХХ.10.2023, адвокат Н. представил второй ордер
А ХХХХХХ от ХХ.10.2023 на представление интересов М. на стадии судебного разбирательства во Ф. районном суде СПб по соглашению с реквизитами № ХХ/ХХ-2023 от ХХ.10.2023.

Таким образом, в уголовном деле имеются два ордера адвоката Н. на представление интересов М. по соглашениям с разными реквизитами.

Поскольку в период с момента поступления уголовного дела в суд ХХ.04.2023 по ХХ.10.2023 адвокат Н. о соглашении на защиту М. от ХХ.03.2023 суду не сообщал и в судебные заседания не являлся, ему было предложено разъяснить данную ситуацию.

В судебном заседании ХХ.10.2023 адвокат Н. не смог объяснить суду, когда с ним было заключено соглашение на представление интересов М. на стадии судебного разбирательства во Ф. районном суде СПб – ХХ.03.2023 или ХХ.10.2023.

Данные действия адвоката Н., по мнению суда, свидетельствуют о ненадлежащем исполнении им своих профессиональных обязанностей.

Соглашаясь с выводами Квалифкомиссии, Совет АП СПб отметил следующее.

ХХ.10.2023 в судебном заседании адвокат Н. представил суду удостоверение адвоката № ХХХХ и ордер А ХХХХХХ от ХХ.10.2023 на представление интересов М. на стадии судебного разбирательства во Ф. районном суде СПб. В качестве основания в ордере указано соглашение с реквизитами № Х/ХХ-2023 от ХХ.03.2023.

Поскольку суд высказал сомнения относительно добросовестности адвоката Н. (учитывая дату заключения соглашения, указанную в ордере, – ХХ.03.2023 и дату предоставления данного ордера суду – ХХ.10.2023), адвокат Н., осознав допущенную им техническую ошибку, выписал новый ордер А ХХХХХХ на защиту М. на стадии судебного разбирательства во Ф. районном суде СПб по соглашению, указав реквизиты
№ ХХ/ХХ-2023 от ХХ.10.2023.

В соответствии с п. 2.1 Порядка изготовления, хранения и выдачи ордеров адвокатам (утв. Советом Федеральной палаты адвокатов РФ 04.12.2017, протокол № 8) основаниями для выдачи ордера адвокату являются: соглашение адвоката с доверителем или поручение в порядке назначения на оказание юридической помощи, подлежащие регистрации в документации адвокатского образования.

Строки: «поручается» и «Основание выдачи ордера» заполняются только после заключения адвокатом соглашения с доверителем или получения поручения в порядке назначения на оказание юридической помощи.

В соответствии с п. 2.3 Порядка изготовления, хранения и выдачи ордеров адвокатам нумерация и другие реквизиты ордера и корешка к нему могут заполняться от руки чернильной или шариковой ручками с использованием красителя фиолетового, синего или черного цвета. Помарки, подчистки и не оговоренные исправления в ордерах и корешках к ним не допускаются.

Как следует из текстов представленных адвокатом Н. соглашений, ХХ.03.2023 он заключил соглашение № Х/ХХ-2023 на защиту М. по уголовному делу в К. районном суде СПб, а ХХ.10.2023 заключил соглашение № ХХ/ХХ-2023 на защиту М. по уголовному делу во Ф. районном суде СПб.

Следовательно, в ордере, представленном ХХ.10.2023 судье Ф. районного суда СПб Н., адвокату Н. следовало указать в графе «основание выдачи ордера» реквизиты соглашения № ХХ/ХХ-2023 от ХХ.10.2023; однако он допустил ошибку и указал реквизиты соглашения № Х/ХХ-2023 от ХХ.03.2023.

Поскольку адвокат Н. не имел права исправлять сведения, указанные им в ордере, он выписал новый ордер А ХХХХХХ с правильными сведениями об основании его выдачи – соглашение № ХХ/ХХ-2023 от ХХ.10.2023 и передал этот ордер суду.

В материалах дисциплинарного производства не имеется каких-либо относимых и достоверных доказательств виновного (умышленного или по грубой неосторожности) нарушения адвокатом Н. Порядка изготовления, хранения и выдачи ордеров адвокатам, поэтому Совет АП СПб вслед за Квалифкомиссией допускает возможность совершения адвокатом Н. технической ошибки при заполнении ХХ.10.2023 во Ф. районном суде СПб ордера для защиты М.

Также Квалифкомиссия верно отметила, что от действий адвоката Н. каких-либо последствий, существенно нарушающих законные права и интересы правосудия и граждан, не наступило.

С учётом изложенного Совет АП СПб приходит к выводу, что в ходе настоящего дисциплинарного производства презумпция добросовестности адвоката Н. не опровергнута, его вина в ненадлежащем исполнении своих профессиональных обязанностей отсутствует.

Дисциплинарное производство прекращено вследствие отсутствия в действиях (бездействии) адвоката Н. нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката.

(Дисциплинарное производство № 377/2023 в отношении адвоката Н.)

6. Доводы жалобы доверителя не нашли своего подтверждения в ходе дисциплинарного разбирательства. Дисциплинарное производство прекращено.

Из содержания жалобы следует, что ХХ.08.2022 между ООО «Н.» и адвокатом П. было заключено соглашение об оказании юридической помощи, в соответствии с которым адвокат П. принял на себя следующие обязательства:

- консультации доверителя устно и (или) письменно;

- изучение представленных от доверителя документов;

- подготовка правового заключения по вопросам соответствия гражданско-правовых документов доверителя требованиям закона и наличия в них юридических рисков;

- осуществление переговоров для урегулирования конфликтной ситуации юридического характера с бизнес партнером доверителя;

- правовое заключение о деятельности доверителя в соблюдении трудового законодательства;

- осуществление и проведение консультации по правовой работе с учредителем, директором;

- анализ правовых рисков доверителя с консультацией правового характера.

Вознаграждение адвоката в соответствии с п. 3.1. соглашения составило ХХХ 000 руб. и было оплачено доверителем в полном объёме.

Существо претензий доверителя к адвокату П. сводится к тому, что адвокат не выполнил ни одного из принятых на себя в соответствии с соглашением обязательств.

По мнению заявителя, невыполнение адвокатом П. принятых на себя обязательств подтверждается решением Арбитражного суда ХХХХХХХ области от ХХ.02.2023 по делу № АХХ-ХХХХХХ/2022, в соответствии с которым с Санкт-Петербургской коллегии адвокатов «П. и Партнеры» взыскано в пользу ООО «Н» неосновательное обогащение в размере ХХХ 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере Х ХХХ,93 руб., судебные расходы.

Заявитель просит привлечь адвоката П. к дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката.

Соглашаясь с выводами Квалифкомиссии, Совет АП СПб отметил следующее.

Квалифкомиссией было установлено, что решение Арбитражного суда ХХХХХХХ области от ХХ.09.2023 по делу № АХХ-ХХХХХХ/2022, на котором заявитель основывает свои претензии к адвокату, было отменено постановлением ХХХХХХХ арбитражного апелляционного суда от ХХ.12.2023, в соответствии с которым ООО «Н.» было отказано в иске.

ХХ.08.2022 адвокат П. и ООО «Н.» в лице генерального директора М. подписали Акт приёма-передачи оказанных услуг к соглашению от ХХ.08.2022. Указанный акт содержит перечень оказанной адвокатом юридической помощи. Вознаграждение адвоката определено в сумме ХХХ 000 руб.

ХХ.09.2022, т.е. спустя месяц с момента подписания Акта, ООО «Н.» произвело оплату оставшейся части вознаграждения в размере ХХ 000 руб. Каких-либо претензий относительно объёма оказанной помощи ООО «Н,» не заявляло ни при подписании Акта, ни при оплате оставшейся части вознаграждения.

Иных доказательств неисполнения адвокатом П. принятых на себя обязательств, за исключением отменённого решение Арбитражного суда ХХХХХХХ области от ХХ.09.2023 по делу № АХХ-ХХХХХХ/2022, заявителем в материалы дисциплинарного производства не представлено.

Таким образом, доводы, изложенные в жалобе ООО «Н,», о нарушении адвокатом П. действующего законодательства в ходе дисциплинарного разбирательства не нашли своего объективного подтверждения.

С учётом изложенного Совет АП СПб пришёл к выводу, что в ходе настоящего дисциплинарного производства презумпция добросовестности адвоката П. не опровергнута, его вина в ненадлежащем исполнении своих профессиональных обязанностей отсутствует, а его действия соответствуют предписаниям законодательства об адвокатуре, включая КПЭА.

Дисциплинарное производство прекращено вследствие отсутствия в действиях (бездействии) адвоката П. нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката.

(Дисциплинарное производство № 251/2023 в отношении адвоката П.)

На заседаниях Совета АП СПб также были приняты решения:

Заслушан Отчет президента АП СПб о финансовом состоянии АП СПб за 2 квартал 2024 года,

- Заслушаны предложения Комиссии Совета АП СПб по финансовой дисциплине по организации финансово-хозяйственной деятельности АП СПб,

- Включены в состав Комиссии Совета АП СПб по культурно-массовой и спортивной работе:

- Малашин Владимир Александрович

- Палшков Павел Валерьевич

- Сунгурова Анна Сергеевна

- Выделены под отчет Комиссии Совета АП СПб по культурно-массовой и спортивной работе денежные средства в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей на организацию и проведение 03.08.-04.08.2024 культурно-массового спортивного мероприятия – 5-го Туристического слета АП СПб;

- Компенсированы капитану сборной команды адвокатов АП СПб по мини-футболу, адвокату П. 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, внесенных им в качестве организационного взноса за участие команды АП СПб во Всероссийском чемпионате по мини-футболу среди адвокатов 14-15.06.2024, организованном Федеральной палатой адвокатов РФ и проходящем в г. Москве;

- Направлены адвокату А. разъяснения по вопросу о возможности совмещения осуществления полномочий депутата местного самоуправления на непостоянной основе, в том числе какого-либо муниципального Совета внутригородского муниципального образования города федерального значения Санкт-Петербурга, и статуса адвоката (без приостановления статуса адвоката);

- Направлены адвокату К. разъяснения по вопросу о возможности действующего адвоката быть соучредителем и директором некоммерческой организации, а именно благотворительного фонда;

- Направлены адвокату Т. разъяснения по вопросу о возможности дачи им показаний в гражданском деле, стороной которого является его доверитель по уголовному делу;

- 2 адвокатам, инвалидам 2 группы, установлены с 01.06.2024 обязательные ежемесячные отчисления на общие нужды АП СПб в размере 750 рублей (включая отчисления на содержание Федеральной палаты адвокатов РФ);

- 9 адвокатов освобождены от уплаты разового целевого взноса для финансирования помощи ветеранам петербургской адвокатуры в размере 1000 (одна тысяча) рублей в 2024 году адвокатов;

- Награждены Почетной грамотой АП СПб за высокие достижения при осуществлении профессиональной деятельности в 2023 году адвокаты АП СПб:

1. Алексанян Нарек Ваганович

2. Арсланова Анна Данисовна

3. Вартанов Виктор Эрикович

4. Верещагин Александр Евгеньевич

5. Елисеева Ксения Сергеевна

6. Елькина Наталья Владимировна

7. Зернов Евгений Владимирович

8. Куделя Наталья Александровна

9. Кудряшова Светлана Сергеевна

10. Малахов Али Ахмядуллович

11. Матикайнен Кристина Анатольевна

12. Мечтаев Владимир Васильевич

13. Петров Геннадий Валентинович

14. Путилин Андрей Николаевич

15. Родионова Светлана Аркадьевна

16. Семенов Дмитрий Сергеевич

17. Сильченкова Инна Владимировна

18. Тарнавский Валерий Иванович

19. Тютюнников Владимир Александрович.

- Объявлены Благодарности за высокие достижения при осуществлении профессиональной деятельности в 2023 году адвокатам АП СПб:

1. Акишину Игорю Андреевичу

2. Брикса Ксении Олеговне

3. Григорьеву Денису Александровичу

4. Завидовой Марине Валерьевне

5. Каграманяну Джамалу Сутоевичу

6. Карпухиной Асият Джабраиловне

7. Кобзевой Марии Николаевне

8. Куликову Антону Сергеевичу

9. Мазаеву Олегу Александровичу

10. Маркову Леониду Николаевичу

11. Мызгиной Татьяне Михайловне

12. Павленковичу Денису Валерьевичу

13. Перфильевой Веронике Юрьевне

14. Посошникову Павлу Сергеевичу

15. Самоделовой Веронике Игоревне

16. Свашенко Александру Сергеевичу

17. Сенькиной Дарье Александровне

18. Смирнову Ивану Анатольевичу

19. Смирновой Екатерине Васильевне

20. Тюменцевой Анне Сергеевне

21. Федчуну Александру Витальевичу

22. Шехмаметьевой Татьяне Ряуфовне.

- Адвокату П., принятой 23.07.2024 в члены Адвокатской палаты
Санкт-Петербурга на основании п.5 и 8 ст.15 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63–Ф3 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», предоставлена рассрочка по уплате отчисления первого месяца на общие нужды АП СПб на три месяца (до 23.10.2024) равными платежами – по 50 000 рублей в месяц;

- Адвокат Новиков Геннадий Николаевич награжден Почетным знаком «Ветеран петербургской адвокатуры».;

- в Комиссию по этике и стандартам ФПА РФ направлено мнение
Совета АП СПб относительно допустимости заключения между адвокатом и его доверителем соглашения о передаче возникшего между ними спора в третейский суд;

- Разрабатывается проект Устава АП СПб;

- Утвержден Регламент Ревизионной комиссии АП СПб;

- Комиссия Совета АП СПб по информационным вопросам переименована в Комиссию Совета АП СПб по информационной политике.

- Утвержден состав Комиссии Совета АП СПб по информационной политике:

1. Морозов Максим Александрович, председатель Комиссии;

2. Субота Ольга Михайловна, член Комиссии;

3. Гуцу Константин Георгиевич, член Комиссии;

4. Комаров Владимир Николаевич, член Комиссии;

5. Коршунов Виктор Иванович, член Комиссии;

6. Мамышев Александр Юрьевич, член Комиссии;

7. Пальмский Анатолий Александрович, член Комиссии;

8. Саськов Кирилл Юрьевич, член Комиссии.

- Удовлетворено заявление Пальмского А.А. об исключении его из состава Комиссии Совета АП СПб по вопросам деятельности адвокатских кабинетов и малочисленных адвокатских образований;

- Приняты дополнения к Регламенту Совета АП СПб, Регламент Совета АП СПб утвержден в новой редакции https://apspb.ru/upload/regl_sov_13082024.pdf ;

- Разрабатывается проект Регламента Конференции АП СПб;

- Принято решение о необходимости обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда в отношении сотрудников АП СПб;

- Внесены изменения в состав Комиссии Совета АП СПб по социальным вопросам:

- исключена из состава Комиссии Виноградова Зоя Федоровна в связи с приостановлением статуса адвоката;

- включен в состав Комиссии адвокат Крикун Сергей Васильевич;

- Направлены адвокату М. разъяснения о законности исполнения требования прокурора Центрального района г. Санкт-Петербурга.

[1] В Обзор не вошли дела, не обладающие уникальностью с правовой и фактологической точки зрения и поэтому не представляющие практического интереса, в частности, дело, производство по которому было прекращено в связи с отзывом жалобы, а также дела, направленные в Квалифкомиссию для нового разбирательства.

[2] Ранее Совет АП СПб уже выражал свою позицию в подобном случае (см. решение Совета АП СПб от 20.06.2024 по дисциплинарному производству № 321 в отношении адвоката С.).

[3] Опубликовано на официальном сайте АП СПб//URL:https://apspb.ru/forLawyers/docsAP/

Контакты: