Информируем о решениях, принятых на заседании Совета АП СПб 26.10.2023

26 октября 2023 года состоялось заседание Совета Адвокатской палаты
Санкт-Петербурга под председательством президента Тенишева В.Ш.

На заседании Совета АП СПб были приняты следующие решения, связанные с изменениями в реестре адвокатов:

1.       2 человека, успешно сдавшие квалификационный экзамен на приобретение статуса адвоката (Решение Квалификационной комиссии Адвокатской палаты
Санкт-Петербурга о присвоении статуса адвоката от 28 сентября 2023 года, протокол № 15), приняли присягу адвоката и приняты в члены Адвокатской палаты Санкт-Петербурга,

2.       2 адвоката приняты в члены Адвокатской палаты Санкт-Петербурга на основании п.5 и 8 ст.15 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63–Ф3«Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»,

3.       2 адвоката возобновили статус адвоката в соответствии с личным заявлением и на основании п. 5 ст. 16 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-Ф3 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»,

4.       1 адвокат приостановил статус адвоката в соответствии с личным заявлением и на основании подп. 1 п. 1 ст. 16 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-Ф3 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (избрание (назначение) адвоката на должность в орган государственной власти или орган местного самоуправления),

5.       2 адвоката приостановила статус адвоката в соответствии с личным заявлением и на основании подп. 3 п. 1 ст. 16 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-Ф3 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (призыв адвоката на военную службу),

6.       8 адвокатов приостановили статус адвоката в соответствии с личным заявлением и на основании подп. 5 п. 1 ст. 16 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (подача адвокатом заявления о приостановлении статуса адвоката по личным обстоятельствам),

7.       2 адвоката исключены из членов Адвокатской палаты Санкт-Петербурга в соответствии с личным заявлением и на основании п.5 ст.15 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63–Ф3 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (уведомление адвоката об изменении членства в АП СПб на членство в АП другого субъекта РФ),

8.       статус 7 адвокатов прекращен в соответствии с личным заявлением и на основании подп. 1 п. 1 ст. 17 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-Ф3 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (подача адвокатом заявления о прекращении статуса адвоката).

На заседании Совета АП СПб было рассмотрено 11 дисциплинарных производств, по которым приняты следующие решения:

1 адвокату объявлено предупреждение,

9 дисциплинарных производств прекращены,

1 дисциплинарное производство отложено.

Обзор дисциплинарных производств, рассмотренных Советом Адвокатской палаты
Санкт-Петербурга на заседании 26.10.2023

            1. Адвокат не вправе заниматься любой, в том числе оплачиваемой деятельностью в рамках трудовых отношений, поскольку это противоречит его статусу независимого советника по правовым вопросам и создаёт угрозу для надлежащего выполнения его профессиональных обязанностей.

            В действиях (бездействии) адвоката Б. Квалифкомиссия установила нарушение положений подп. 1 п. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» (далее – Закон об адвокатуре), п. 1 ст. 2 Закона об адвокатуре, подп. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката (далее – КПЭА), подп. 4 п. 1 ст. 7 и подп. 6 ст. 15 КПЭА во взаимосвязи с п. 1 Решения о запрете адвокату заниматься другой оплачиваемой деятельностью в рамках трудовых отношений (утв. решением Совета ФПА РФ от 17.09.2004; протокол № 8).

            Нарушение выразилось в следующем.

            Решением Квалифкомиссии от 15.12.2022 Б. присвоен статус адвоката.

        Вместе с тем адвокат Б. с 07.04.2022 по 08.06.2023 занимала должность генерального директора ООО «ХХХ», т.е. выполняла в указанной коммерческой организации трудовые функции.

       В целом соглашаясь с заключением Квалифкомиссии, Совет АП СПб посчитал необоснованной квалификацию действий (бездействия) адвоката Б. по подп. 1 п. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре и подп. 1 ст. 8 КПЭА, поскольку данные этические предписания касаются взаимоотношений адвоката с доверителем; такие претензии адвокату Б. не предъявлялись.

         Совет АП СПб принял во внимание мнение Квалифкомиссии, которая заключила, что действия адвоката Б. хоть и не соответствовали указанным выше этическим требованиям, однако носили малозначительный характер, поскольку не опорочили честь и достоинство адвоката, не умалили авторитет адвокатуры, не причинили существенного вреда доверителю или адвокатской палате; нарушение адвокатом признаётся.

            Так, на дату обращения ГУ МЮ РФ по СПб и ЛО с представлением о возбуждении дисциплинарного производства в отношении адвоката Б. (ХХ.06.2023) последней были устранены ранее допущенные нарушения законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, включая КПЭА, исполнено в указанной части предостережение президента АП СПб.

       Дисциплинарное производство прекращено вследствие малозначительности совершённого адвокатом проступка. Адвокату Б. указано на допущенное нарушение.

(Дисциплинарное производство № 84/2023 в отношении адвоката Б.)

2. Дисциплинарные обвинения, изложенные в обращении, исходящем от судьи (с учётом его высокого профессионального статуса), должны быть сформулированы с высокой степенью определённости и максимально конкретно. Неконкретность выдвинутых дисциплинарных обвинений и непредставление подтверждающих их доказательств исключают саму возможность для дисциплинарных органов адвокатского самоуправления рассмотреть такое обращение по существу. Перекладывание обязанности по доказыванию допущенных адвокатом нарушений на органы адвокатского самоуправления, не наделённые такими полномочиями, недопустимо.

В соответствии с заключением Квалифкомиссии адвокатом С. допущено нарушение взаимосвязанных требований подп. 4 п. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре и п. 1 ст. 14 КПЭА, а также подп. 1 п. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре и подп. 1 ст. 8 КПЭА.

Нарушение выразилось в том, что адвокат С, являясь защитником подсудимого К. по уголовному делу № 1-ХХ/2022, находящемуся в производстве судьи М. районного суда
г. Санкт-Петербурга Ш., без уважительных причин не явился в судебное заседание, назначенное на ХХ.12.2022, о причинах неявки суд не проинформировал.

Это свидетельствует о проявленной адвокатом С. недобросовестности при осуществлении профессиональной деятельности.

Кроме этого, Квалифкомиссия проанализировала ещё несколько случаев неявок адвоката С. в судебные заседания по этому же делу, в неуказанные в обращении судьи даты.

Совет АП СПб отметил, что обращение судьи Ш. содержит указание на единственный конкретный случай неявки адвоката С. в судебное заседание – ХХ.12.2022 в ХХ час. 45 мин.

Упоминание в обращении о ранее неоднократно направленных сообщениях о неявке адвоката С. в судебные заседания без уважительной причины (без указания дат неявки и иных имеющих значение обстоятельств) не могло стать предметом рассмотрения Квалифкомиссии ввиду неконкретности выдвинутых обвинений в указанной части.

Совет АП СПб в своей дисциплинарной практике придерживается позиции, что дисциплинарные обвинения, изложенные в обращении, исходящем от судьи (с учётом его высокого профессионального статуса), должны быть сформулированы с высокой степенью определённости и максимально конкретно. От непонятного и неконкретного дисциплинарного обвинения адвокат не имеет возможности защищаться.

При таком положении Совет АП СПб констатировал, что, анализируя причины неявки адвоката С. в судебные заседания в иные, кроме ХХ.12.2022, даты, Квалифкомиссия вышла за пределы доводов обращения судьи.

Относительно доводов обращения о неявке адвоката С. в судебное заседание ХХ.12.2022, Совет АП СПб пришёл к следующим выводам.

С учётом требований подп. 6 и 7 п. 2 ст. 20 КПЭА неконкретность выдвинутых судьёй дисциплинарных обвинений и непредставление подтверждающих их доказательств, исключают саму возможность для дисциплинарных органов адвокатского самоуправления рассмотреть такое обращение по существу.

Однако автором рассматриваемого обращения требование КПЭА об указании в обращении доказательств, подтверждающих обстоятельства, на которых основаны выдвигаемые ею требования, полностью проигнорировано – в подтверждение выдвинутых дисциплинарных обвинений автор обращения не ссылается на какие-либо доказательства, в том числе на содержание протоколов судебных заседаний; никаких документов к обращению не приложено.

В частности, указав в обращении, что даты каждого судебного заседания заблаговременно согласовывались со всеми участниками процесса, в том числе и с адвокатом С., судья не привела каких-либо доказательств в подтверждение данного обстоятельства. Между тем, сведения о надлежащем уведомлении адвоката о дате и времени судебного заседания, для участия в котором он не явился, имеет принципиальное значение при установлении соответствующего нарушения.

Тем самым судья необоснованно переложила обязанность по доказыванию допущенных адвокатом нарушений, составляющих, по мнению автора обращения, дисциплинарный проступок, на органы адвокатского самоуправления, не наделённые такими полномочиями.

Более того, положения п. 4 ст. 23 и п. 4 ст. 24 КПЭА содержат прямой запрет квалификационной комиссии и Совету выходить за пределы жалобы (обращения).

Таким образом, обращение судьи Ш. не отвечает установленным в КПЭА обязательным требованиям, соблюдение которых позволяет рассматривать такое обращение в качестве допустимого повода для возбуждения дисциплинарного производства.

Дисциплинарное производство прекращено вследствие обнаружившегося в ходе разбирательства Советом отсутствия допустимого повода для возбуждения дисциплинарного производства.

(Дисциплинарное производство № 22/2023 в отношении адвоката С.)

3. Дисциплинарные обвинения, изложенные в обращении, исходящем от судьи (с учётом его высокого профессионального статуса), должны быть сформулированы с высокой степенью определённости и максимально конкретно. Неконкретность выдвинутых дисциплинарных обвинений и непредставление подтверждающих их доказательств исключают саму возможность для дисциплинарных органов адвокатского самоуправления рассмотреть такое обращение по существу. Перекладывание обязанности по формулированию дисциплинарных обвинений и доказыванию допущенных адвокатом нарушений на органы адвокатского самоуправления, не наделённые такими полномочиями, недопустимо.

В соответствии с заключением Квалифкомиссии адвокатом П. допущено нарушение взаимосвязанных требований подп. 4 п. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре и ст. 12 КПЭА.

Адвокат П. являлся защитником С. в О. районном суде г. Санкт-Петербурга.

В ходе судебного заседания ХХ.07.2023 адвокат П. заявлял ходатайства в соответствии с избранной позицией защиты. При этом он излагал не только обоснования для ходатайства об оглашении показаний иного подсудимого, но также и непосредственно те показания, которые были даны на предварительном следствии, но ещё не оглашены в суде.

Председательствующая судья С. неоднократно просила адвоката П. не оглашать показания как таковые, а обосновать необходимость их оглашения в судебном заседании для того, чтобы участники процесса могли обсудить ходатайство, и суд после этого мог принять решение. Ввиду того, что адвокат П. не реагировал на требования судьи, она объявляла адвокату замечания.

Адвокат П. на замечания председательствующего не реагировал, продолжая, в нарушении положений статьи 276 УПК РФ, оглашать текст своего ходатайства в такой редакции, которая содержала также и текст показаний одного из участников процесса, данных им на предварительном следствии, но ещё не оглашённых в судебном заседании.

Указанная полемика, постоянные пререкания с судьёй и демонстративный отказ выполнять законные требования председательствующего содержат признаки несоблюдения адвокатом П. требований процессуального закона (ст. 276 УПК РФ) и проявления неуважения к суду.

Совет АП СПб обратил внимание, что выдвинутые судьёй С. в отношении адвоката П. дисциплинарные обвинения нельзя признать конкретными.

«В ходе судебного разбирательства, адвокат П. неоднократно допускает проявление явного неуважения к председательствующему и участникам процесса, высказывается в адрес председательствующего и участников процесса в грубой форме, повышает голос при обращении к председательствующему, ведет себя не в соответствии со сложившейся обстановкой, в том числе пинает ногами мебель в зале судебного заседания (стул) и кидается вещами (ручками), на замечания председательствующего не реагирует и не подчиняется распоряжениям председательствующего. Свое поведение адвокат объяснил тем, что его раздражает то, как председательствующий ведет процесс.

Кроме того, он проявляет неосведомленность о положениях УПК РФ, взяв на себя обязанность по защите подсудимой и принимая участие в качестве защитника в уголовном процессе, нарушает установленный порядок и ход судебного следствия.

ХХ.07.2023, потеряв самообладание, адвокат П. сорвал судебное заседание, что привело к затягиванию судебного разбирательства.

Поведение П. порочит честь и достоинство адвоката».

Таким образом, в представлении судьи не указано:

- когда и при каких обстоятельствах адвокатом П. было допущено явное неуважение к председательствующему и участникам процесса, а также высказывания в их адрес в грубой форме, в чём это выразилось и какими доказательствами подтверждается;

- когда и при каких обстоятельствах адвокат П. повышал голос при обращении к председательствующему и вёл себя не в соответствии со сложившейся обстановкой, в чём это выразилось и какими доказательствами подтверждается;

- когда и при каких обстоятельствах адвокат П. пинал ногами мебель в зале судебного заседания (стул) и кидался вещами (ручками), в чём это выразилось и какими доказательствами подтверждается;

- когда и при каких обстоятельствах адвокат П. на замечания председательствующего не реагировал и не подчинялся распоряжениям председательствующего), в чём это выразилось и какими доказательствами подтверждается;

- когда и при каких обстоятельствах адвокат П. проявил неосведомленность о положениях УПК РФ и каких именно, в чём это выразилось и какими доказательствами подтверждается;

- когда и при каких обстоятельствах адвокат П. нарушил установленный порядок и ход судебного следствия, в чём это выразилось и какими доказательствами подтверждается;

- в чём выразилась потеря адвокатом П. самообладания ХХ.07.2023, и какими доказательствами это подтверждается;

- при каких обстоятельствах адвокат П. ХХ.07.2023 сорвал судебное заседание, в чём это выразилось и какими доказательствами подтверждается;

- какими именно действиями (бездействием) П. опорочил честь и достоинство адвоката.

Совет АП СПб в своей дисциплинарной практике придерживается позиции, что дисциплинарные обвинения, изложенные в обращении, исходящем от судьи (с учётом его высокого профессионального статуса), должны быть сформулированы с высокой степенью определённости и максимально конкретно. От непонятного и неконкретного дисциплинарного обвинения адвокат не имеет возможности защищаться.

Неконкретность выдвинутых дисциплинарных обвинений и непредставление подтверждающих их доказательств исключают саму возможность для дисциплинарных органов адвокатского самоуправления рассмотреть такое обращение по существу.

С учётом требований подп. 6 и 7 п. 2 ст. 20 КПЭА при выдвижении в обращении (тем более исходящем от судьи) дисциплинарных обвинений заявителю следовало конкретно указать такие действия (бездействие) в тексте обращения и/или выделить их в тексте протокола судебного заседания. Однако автором рассматриваемого обращения данное требование полностью проигнорировано, в подтверждение выдвинутых дисциплинарных обвинений автор обращения не ссылается на какие-либо доказательства, в том числе на содержание приложенного к представлению протокола судебного заседания.

Тем самым судья необоснованно переложила обязанность по определению и установлению действий адвоката и его высказываний, составляющих, по мнению автора обращения, дисциплинарный проступок, на органы адвокатского самоуправления, не наделенные полномочиями по самостоятельному формулированию дисциплинарных обвинений, не содержащихся в жалобе (обращении).

Более того, п. 4 ст. 23 и п. 4 ст. 24 Кодекса профессиональной этики адвоката содержат прямой запрет Квалификационной комиссии и Совету выходить за пределы жалобы (обращения).

Таким образом, обращение (представление) судьи С. не отвечает установленным в КПЭА обязательным требованиям, соблюдение которых позволяет рассматривать такое обращение в качестве допустимого повода для возбуждения дисциплинарного производства.

Вместе с этим Совет АП СПб посчитал необходимым высказаться критически и по существу некоторых доводов обращения и выводов Квалифкомиссии, изложенных в заключении.

Совет АП СПб отметил, что ни автор представления, ни Квалифкомиссия не указали, какие нормы уголовно-процессуального закона были нарушены адвокатом П. в ходе судебного заседания при заявлении им ходатайства об оглашении показаний другого подсудимого.

Ссылка в заключении Квалифкомиссии на нарушения положений ст. 276 УПК РФ представляется не убедительной.

Во-первых, Квалифкомиссия не указала конкретные часть и пункт этой статьи (имеющей три части и три пункта в первой части).

Во-вторых, исходя из содержания упомянутой нормы (применительно к установленным Квалифкомиссией обстоятельствам), невозможно понять, каким образом адвокат П. мог нарушить её положения, поскольку ни одно имеющееся в указанной статье правило не содержит запрета на совершение тех действий, которые были поставлены в вину адвокату.

Иными словами, ни в представлении судьи, ни в заключении Квалифкомиссии не приведено убедительных аргументов, почему, доказывая суду необходимость оглашения ввиду наличия существенных противоречий показаний подсудимого, ранее данных им при производстве предварительного расследования, адвокат не мог ссылаться на конкретные цитаты из протоколов допроса.

Сославшись в заключении на содержание протокола судебного заседания от ХХ.07.2023, Квалифкомиссия убедительно не обосновала допустимость и достоверность данного доказательства, с учётом доводов адвоката П. о невозможности своевременного ознакомления с протоколом судебного заседания и принесения замечаний на него.

Квалифкомиссия указала, что адвокат П. обратился с заявлением об ознакомлении с протоколом судебного заседания от ХХ.07.2023 только ХХ.07.2023 (то есть уже после поступления в АП СПб представления судьи С.).

При этом Квалифкомиссия не мотивировала, каким образом указанное обстоятельство повлияло на возможность ознакомления адвоката П. с протоколом судебного заседания от ХХ.07.2023 и принесения замечаний на него.

С учётом отсутствия сведений об этом, а также возражений адвоката П. относительно содержания представленного протокола судебного заседания от ХХ.07.2023, возникший спор о достоверности изложенных в протоколе сведений мог быть разрешён путём ознакомления Квалифкомиссии с аудиозаписью судебного заседания, однако она заявителем не была представлена.

Наконец, отсутствие в ходе судебного заседания замечаний на действия председательствующего со стороны адвоката П., по мнению Совета АП СПб, на правовую оценку поведения адвоката (с учётом выдвинутых в отношении него дисциплинарных обвинений) не влияет.

Дисциплинарное производство прекращено вследствие обнаружившегося в ходе разбирательства Советом отсутствия допустимого повода для возбуждения дисциплинарного производства.

(Дисциплинарное производство № 120/2023 в отношении адвоката П.)

4. Представленные в Совет документы не могут быть приняты во внимание, исследованы и использованы для установления имеющих юридическое значение обстоятельств; все доказательства стороны должны были представить в квалификационную комиссию в установленные КПЭА порядке и сроки; стороны несут риск неблагоприятных последствий, связанных с непредставлением доказательств.

В соответствии с заключением Квалифкомиссии адвокатом П. допущено нарушение взаимосвязанных положений подп. 4 п. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре, п. 1 ст. 4 КПЭА, п. 2 ст. 5 КПЭА и подп. 1 ст. 8 КПЭА.

Нарушение выразилось в следующем.

ХХ.01.2022 между адвокатом П. и доверителем Ч. было заключено соглашение об оказании юридической помощи. В соответствии с условиями соглашения поверенный обязуется оказать юридическую помощь доверителю «путем досудебной подготовки, составления и подачи искового заявления о разводе и разделе имущества в районный суд Санкт-Петербурга общей юрисдикции».

В нарушение принятых на себя обязательств, адвокатом П. не были выполнены условия соглашения, а именно: не подготовлена Таким образом, адвокат П. не осуществляла контроль за исполнением существенных условий соглашения об оказании юридической помощи, что является обязанностью адвоката как профессионального советника по юридическим вопросам. Нарушение существенных условий соглашения Соглашаясь с выводами Квалифкомиссии, Совет АП СПб отметил, что материалы адвокатского досье, которые должны были содержать копии подготовленных адвокатом процессуальных документов, П. Квалифкомиссии не представила.

Что касается документов, представленных адвокатом П. непосредственно в Совет АП СПб, Совет указал следующее.

В соответствии с правилами, установленными КПЭА:

«Разбирательство в квалификационной комиссии адвокатской палаты субъекта Российской Федерации осуществляется на основе принципов состязательности и равенства участников дисциплинарного производства» (абз. 2 пункта 1 статьи 23);

Квалификационная комиссия должна дать заключение по возбужденному дисциплинарному производству в том заседании, в котором состоялось разбирательство по существу, на основании непосредственного исследования доказательств, представленных участниками производства до начала разбирательства, а также их устных объяснений.

Письменные доказательства и документы, которые участники намерены представить в комиссию, должны быть переданы ее секретарю не позднее десяти суток до начала заседания. Квалификационная комиссия может принять от участников дисциплинарного производства к рассмотрению дополнительные материалы непосредственно в процессе разбирательства, если они не могли быть представлены заранее. В этом случае комиссия, по ходатайству участников дисциплинарного производства, может отложить разбирательство для ознакомления с вновь представленными материалами (пункт 2 статьи 23).

Участники дисциплинарного производства с момента его возбуждения имеют право:

участвовать в заседании комиссии лично и (или) через представителя;

давать по существу разбирательства устные и письменные объяснения, представлять доказательства (подпункты 2 и 3 пункта 5 статьи 23).

Совет при разбирательстве не вправе пересматривать выводы комиссии в части установленных ею фактических обстоятельств, считать установленными не установленные ею фактические обстоятельства (пункт 4 статьи 24).

Из приведённых взаимосвязанных положений, регламентирующих процедурные основы дисциплинарного производства, следует, что представленные адвокатом П. в Совет АП СПб документы не могут быть приняты во внимание, исследованы и использованы для установления имеющих юридическое значение обстоятельств; все доказательства стороны должны были представить в Квалифкомиссию в установленном КПЭА порядке и сроки; стороны несут риск неблагоприятных последствий, связанных с непредставлением доказательств.

Совет АП СПб отмечает, что, направив процессуальные документы в Совет АП СПб после окончания разбирательства в Квалифкомиссии, адвокат П. не указала причины, по которым эти документы не могли быть представлены в Квалифкомиссию; не были приведены убедительные аргументы на этот счёт и в объяснениях, данных адвокатом непосредственно в заседании Совета: заявление о болезни в день заседания Квалифкомиссии, во-первых, не подтверждено соответствующими медицинскими документами, а во-вторых, не объясняет, почему такие документы не могли быть представлены Квалифкомиссии по почте (в том числе электронной).

К адвокату применена мера дисциплинарной ответственности в виде предупреждения.

(Дисциплинарное производство № 87/2023 в отношении адвоката П.)

5. Адвокат не вправе использовать ордера, выданные другому адвокату того же адвокатского образования. Адвокат не вправе использовать ордера, выданные адвокатским образованием, после прекращения членства в этом адвокатском образовании.

В соответствии с заключением Квалифкомиссии адвокатом Ш. допущено нарушение взаимосвязанных положений подп. 1 п. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре, подп. 1 ст. 8 КПЭА, подп. 4 п. 1 ст. 7, абз. 1 ст. 12 КПЭА, п. 6 ст. 15 КПЭА и п.п. 1.3, 1.4, 4.1.3, 4.3 и 5.1 Положения об ордерах на исполнение поручений об оказании юридической помощи, утверждённого Советом АП СПб 12.10.2017 (Протокол № 12).

Нарушение выразилось в следующем.

Адвокат Ш., осуществляя защиту иностранных граждан по семи делам об административных правонарушениях, находящихся в производстве судьи Т. областного суда К., представила в материалы указанных дел семь ордеров, выданных Б. коллегией адвокатов.

Между тем, адвокат Ш. с ХХ.03.2023 по ХХ.04.2023 не являлась членом какого-либо адвокатского образования, бланки указанных ордеров в Б. коллегией адвокатов она не получала.

Адвокат Ш. пояснила, что, осуществляя защиту граждан по указанным делам об административных правонарушениях, она использовала ордера, выданные адвокату А., состоящему членом Б. коллегии адвокатов.

Совет АП СПб вслед за Квалифкомиссией не принял доводы адвоката Ш. о том, что она была вправе использовать ордера, выданные другому адвокату Б. коллегии адвокатов, поскольку соглашение между адвокатом Ш. и доверителем было заключено до выхода адвоката Ш. из членов Б. коллегии адвокатов – на дату выдачи ордеров (ХХ.03.2023) у Б. коллегии адвокатов отсутствовали основания к выдаче ордеров адвокату, не являющемуся его членом, равно как и у адвоката А. отсутствовало право передавать выданные ему адвокатским образованием ордера другому адвокату.

Представление ордера, оформленного надлежащим образом, является обязательным условием вступления адвоката в дело об административном правонарушении.

Форма ордера, утверждённая приказом Минюста России от 10.04.2013 № 47, носит универсальный характер и предусматривает внесение в него сведений: о дате, с которой начинается исполнение поручения, о лице (физическом либо юридическом), чьи интересы представляет адвокат, о стадии процесса и об основаниях выдачи ордера (реквизиты соглашения), адвокатском образовании, выдавшем ордер.

Правила и порядок заполнения ордеров и их использования определены в Положении об ордерах на исполнение поручений об оказании юридической помощи, утверждённым Советом АП СПб 12.10.2017 (Протокол № 12).

Вместе с тем не нашли подтверждения изложенные в обращении дисциплинарные претензии о том, что действия адвоката Ш. создали препятствия для обоснованного и своевременного рассмотрения жалоб по делам об административных правонарушениях и принятия судебных решений, привели к нарушению прав иностранных граждан на защиту.

(Дисциплинарное производство № 68/2023 в отношении адвоката Ш.)

На заседании Совета АП СПб также были приняты решения:

- Утверждены Регламент и Положение Комиссии по подготовке законопроектов, направленных на защиту социальных и профессиональных прав адвокатов,

- Комиссия по награждениям:

·       Утверждено Положение о Комиссии по награждениям,

·       Утвержден состав Комиссии по награждениям:

Савич Андрей Сергеевич – председатель

Гаврилова Ирина Сергеевна

Егорова Ольга Николаевна

Земскова Инна Тихоновна

Розов Юрий Валентинович,

- Отменен компенсационный взнос для соискателей статуса адвоката,

- Принято решение об отчислениях на общие нужды АП СПб для лиц, принятых в члены АП СПб:

«1. Для адвокатов, принятых в члены АП СПб на основании п.п.5 и 8 ст.15 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63–Ф3 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (изменение членства в Адвокатской палате субъекта РФ на членство в Адвокатской палате Санкт-Петербурга), установить отчисления на общие нужды АП СПб в размере 100 000 (сто тысяч) руб. и порядок оплаты указанных отчислений, начиная с 1 декабря 2023 года:

50 000 (пятьдесят тысяч) руб. – оплачиваются в течение первого месяца со дня приема в члены АП СПб,

25 000 (двадцать пять тысяч) руб. – оплачиваются в течение второго месяца со дня приема в члены АП СПб,

25 000 (двадцать пять тысяч) руб. – оплачиваются в течение третьего месяца со дня приема в члены АП СПб.

1.       Для лиц, успешно сдавших квалификационный экзамен на приобретение статуса адвоката и принявших присягу адвоката, установить отчисления на общие нужды АП СПб и порядок оплаты указанных отчислений, начиная с 1 декабря 2023 года:

1.1.          50 000 (пятьдесят тысяч) руб. – для лиц, прошедших стажировку в качестве стажера адвоката, которые оплачиваются в течение первого месяца со дня принятия присяги адвоката, которые оплачиваются в следующем порядке:

30 000 (тридцать тысяч) руб. – оплачиваются в течение первого месяца со дня принятия присяги адвоката,

20 000 (двадцать тысяч) руб. – оплачиваются в течение второго месяца со дня принятия присяги адвоката.

2.2. 100 000 (сто тысяч) руб. – для иных претендентов, которые оплачиваются в следующем порядке:

50 000 (пятьдесят тысяч) руб. – оплачиваются в течение первого месяца со дня принятия присяги адвоката,

25 000 (двадцать пять тысяч) руб. – оплачиваются в течение второго месяца со дня принятия присяги адвоката,

25 000 (двадцать пять тысяч) руб. – оплачиваются в течение третьего месяца со дня принятия присяги адвоката.

3. Адвокаты, принятые в члены АП СПб на основании п.п.5 и 8 ст.15 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63–Ф3 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», и лица, успешно сдавшие квалификационный экзамен на приобретение статуса адвоката и принявшие присягу адвоката, вправе внести отчисления на общие нужды АП СПб единовременно.

4. Невнесение отчислений на общие нужды АП СПб для адвокатов, принятых в члены АП СПб на основании п.п.5 и 8 ст.15 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63–Ф3 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», и лиц, успешно сдавших квалификационный экзамен на приобретение статуса адвоката и принявших присягу адвоката, в соответствии с установленным в п.п.1 и 2 настоящего Решения порядком оплаты является основанием для привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности.

5. Адвокаты, принятые в члены АП СПб на основании п.п.5 и 8 ст.15 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63–Ф3 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», начинают вносить ежемесячные обязательные отчисления на общие нужды Адвокатской палаты Санкт-Петербурга, начиная со второго месяца со дня их приема в члены АП СПб в размере, установленном Конференцией адвокатов
Санкт-Петербурга.

6. Лица, успешно сдавшие квалификационный экзамен на приобретение статуса адвоката и принявшие присягу адвоката, начинают вносить ежемесячные обязательные отчисления на общие нужды Адвокатской палаты Санкт-Петербурга, начиная со второго месяца со дня принятия присяги адвоката в размере, установленном Конференцией адвокатов Санкт-Петербурга.

7. Настоящее решение вступает в силу с 1 декабря 2023 года».

- Ассоциация «Центр эффективного разрешения споров, медиации и третейского разбирательства» (Адвокатская палата Санкт-Петербурга является соучредителем Ассоциации):

· На должность директора Ассоциации назначена Архангельская Татьяна Александровна,

· Утверждена кандидатура Тенишева Вячеслава Шамильевича для вхождения в Совет Ассоциации как представителя учредителя - Адвокатской палаты Санкт-Петербурга,

· В качестве ревизора Ассоциации утвержден Савич Андрей Сергеевич.

- Рассмотрен законопроект «О внесении изменений в Уголовный кодекс РФ и в Уголовно-процессуальный кодекс РФ», подготовленный Комиссией по подготовке законопроектов, направленных на защиту социальных и профессиональных прав адвокатов, признан актуальным, вопрос направления законопроекта в ФПА РФ отложен до следующего заседания Совета АП СПб,

- С адвоката Фокеева П.А. снято дисциплинарное взыскание в виде предупреждения, объявленное ему 20.12.2022 (протокол № 22 заседания Совета АП СПб от 20.12.2022), до истечения года.