СОВЕТ
КВАЛИФИКАЦИОННАЯ
КОМИССИЯ
РЕВИЗИОННАЯ
КОМИССИЯ
КОМИССИИ
ИНСТИТУТ
АДВОКАТУРЫ
СОВЕТ
ВЕТЕРАНОВ
АППАРАТ
АДВОКАТСКОЙ ПАЛАТЫ
КОДИФИКАЦИЯ АП СПБ
РЕШЕНИЯ КОНФЕРЕНЦИЙ
РЕЕСТР АДВОКАТОВ
РЕЕСТР АО
ПРЕКРАЩЕН СТАТУС
ЗА СОВЕРШЕНИЕ ДИСЦИПЛИНАРНОГО
ПРОСТУПКА
ВЕДЕНИЕ ДЕЛ ПО НАЗНАЧЕНИЮ
БЕСПЛАТНАЯ ЮРИДИЧЕСКАЯ ПОМОЩЬ
УЧЕБА АДВОКАТОВ
И СТАЖЕРОВ
ЦЕНТР ПО ЗАЩИТЕ
ПРАВ ЧЕЛОВЕКА
ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
ОБ АДВОКАТУРЕ
ФЕДЕРАЛЬНАЯ ПАЛАТА АДВОКАТОВ
БАНКОВСКИЕ
РЕКВИЗИТЫ
КОНТАКТЫ
ВИДЕО
ССЫЛКИ
Мероприятия
Адвокатской палаты
Санкт-Петербурга



заместитель президента
Адвокатской палаты
Санкт-Петербурга
А.С. САВИЧ
Электронная адвокатура - advokatura.pro
Центр медиации Санкт-Петербурга - Медиатор.СПб
Институт адвокатуры - Институт правовых исследований,адвокатуры и медиации при Адвокатской палате Санкт-Петербурга
Адвокатское телевидение - АдвокаТВ - advokatv@ru
Рейтинг@Mail.ru
Rambler's Top100

Адвокатская тайна как охраняемая профессиональная привилегия

     1 апреля 2011 г. в конференц-зале отеля Holiday Inn состоялась презентация результатов проекта «Укрепление механизмов защиты адвокатской тайны в РФ». Да, обсуждение вопросов, связанных с адвокатской тайной, 1 апреля весьма символично. По признанию самих адвокатов, институт адвокатской тайны, достаточно твердо охраняемый российским законодательством, на практике часто не работает, превращается в фикцию правоохранительными органами, а позиция суда идет в разрез с пониманием самим адвокатским сообществом механизмов обеспечения права на адвокатскую тайну.

     Как было отмечено в начале выступления, с точки зрения большинства европейских законодательств, адвокатская тайна признается одним из фундаментальных принципов правосудия, она выводится за пределы отношений адвокат-доверитель, устанавливается высокий уровень требований к ее обеспечению со стороны всех участников судебного разбирательства, в то время как в России адвокатская тайна рассматривается более узко – в качестве права на защиту, т.е. в контексте отношений, существующих исключительно между адвокатом и доверителем и не затрагивающих основы надлежащего процесса. Именно этот подход обуславливает дальнейшие проблемы на уровне российского законодательного регулирования и практики.

     Выступление Марии Воскобитовой, к. ю. н., старшего эксперта Проекта, преподавателя кафедры адвокатуры и нотариата МГЮА, было посвящено результатам исследования законодательного регулирования и практики обеспечения адвокатской тайны. Ряд важных вопросов предложен адвокатскому сообществу, в частности, могут ли быть распространены гарантии адвокатской тайны на частнопрактикующих юристов? «Насколько гарантии адвокатской тайны будут распространяться на иностранных адвокатов, юристов, практикующих в России и имеющих гарантии адвокатской тайны в силу своего статуса в своих странах? – ставит вопрос Мария Воскобитова. – Адвокаты, практикующие в странах ЕС, одинаково признаются во всех странах ЕС». Эти вопросы порождают следующие: вопрос охраны корпорации и конкурентоспособности адвокатов в контексте активных действий иностранных юридических фирм.

     Вопросы, на первый взгляд очень простые, ответами на которые, казалось бы, являются существующие нормы права, вызывали бурные дискуссии, широкий спектр мнений и конкретные примеры из профессиональной практики представителей аудитории. С какого момента клиент приобретает статус доверителя и начинает действовать гарантия адвокатской тайны: с первой встречи с адвокатом, с первого телефонного разговора, с момента заключения соглашения? Мария Воскобитова отмечает, что, согласно текущей дисциплинарной практике, приобретение статуса доверителя напрямую связано с заключением соглашения. Является ли родственник, заключивший соглашение, доверителем? Нужно ли его информировать о работе по делу, в каких случаях стоит разорвать договор с родственником и заключить с самим подзащитным? Каковы критерии перехода статуса доверителя, когда меняется руководство юридического лица или учредители юридического лица? Это вопросы, которые должны обсуждаться адвокатским сообществом. По ним должны быть выработаны конкретные позиции, поскольку это основы работы адвоката.

     К адвокатской тайне относятся: информация, которую адвокат получает от клиента, интеллектуальная работа адвоката и правовой совет, который дан доверителю. По каким критериям разграничивать информацию на публичную и конфиденциальную? Какие сведения в полной мере защищаются адвокатской тайной? Федеральная адвокатская палата приняла методические рекомендации в отношении адвокатского досье, но все ли адвокаты имеют представление, что входит в адвокатское досье? Петербургскую адвокатскую аудиторию значительно больше интересует вопрос, для чего необходимо само досье и чем обусловлены сроки его хранения. Мария Воскобитова замечает, что «адвокат сохраняет адвокатскую тайну всегда», а адвокатское досье может быть использовано для защиты при возбуждении против адвоката дисциплинарного производства.

     Темы обысков у адвоката и вызов адвоката на допрос – одни из самых острых и противоречивых тем – вылились в горячую дискуссию. Мнения разошлись в вопросе приоритета статуса адвоката: свидетель или адвокат. Справедливо было отмечено, что разграничить информацию на охраняемую и не охраняемую адвокатской тайной зачастую очень сложно, а иногда просто невозможно. Мария Воскобитова говорит: «Статья 6 Конвенции о защите прав человека – это право, которое гарантировано вашему доверителю, но не вам, и Европейский суд исходит именно из этого. Адвокат не может ссылаться на то, что нарушено справедливое судебное разбирательство. Но в отношении 8 статьи – это как раз право, принадлежащее адвокату. Он может выполнять свою профессиональную деятельность только в условиях обеспечения адвокатской тайны». Интересно также замечание, что, по словам Марии Воскобитовой, «общая позиция Конституционного суда в том, что преимуществом пользуются те нормы, которые в большей мере гарантируют защиту прав человека, поэтому нормы Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» являются преимущественными по отношению к нормам УПК РФ применительно к обыскам в адвокатски офисах».

     Довидас Виткаускас, руководитель Проекта, эксперт Европейского суда, представил европейский опыт обеспечения адвокатской тайны на основе анализа практики Нидерландов, Швеции, Франции, Англии и Литвы. Обращаясь к первому вопросу о держателях привилегии адвокатской тайны, эксперт отмечает, что «кроме Великобритании, во всех странах привилегию имеют только лицензированные адвокаты и только те, которые практикуют как адвокаты».

     Клиент может отказаться от адвокатской тайны своими действиями, тем самым освобождая адвоката от обязанности сохранять ее. Вопрос: какими действиями? Довидас Виткаускас характеризует такие действия, как активные действия, которыми клиент показывает, что сам он не считает данную информацию конфиденциальной. Стопроцентный пример отказа – публикация в СМИ материала, исходящего от клиента. Менее однозначные, но означающие отказ от адвокатской тайны ситуации, когда клиент рассказывает третьим лицам обстоятельства дела, и адвокат уже от третьих лиц узнает об этом. Вместе с тем, в России вопрос отказа не до конца регламентирован.

     Большинство адвокатских мероприятий не обходится без призывов отстаивать свои права адвоката, бороться правовыми методами с противозаконными действиями в отношении адвокатов. В таком контексте представляет интерес европейская практика, основанная на конкретных прецедентах Страсбургского суда и показывающая, что охраняется не только адвокатский офис, но и временное рабочее пространство, а именно автомобиль адвоката, купе поезда, в котором едет адвокат и хранит документы и т.п. Довидас Виткаускас говорит также о 5 статье Конвенции, которая разрешает в конкретных целях и условиях вмешательство в право на свободу. При обыске и изъятии документов у адвоката самого факта наличия ордера на обыск недостаточно, он должен быть ограничен, т.е. должно быть ясно, что и по какой причине изымается. По словам Довидаса Виткаускаса, ордер по своему содержанию должен быть основан на подозрении и описывать вид документов, подлежащих обнаружению, персонифицировать такие документы и предметы. Относительно процедуры обыска есть ряд обязательных требований. В частности, необходимо присутствие независимого советника, а не случайных понятых, поскольку они зачастую не имеют юридического образования и не могут выявить нарушений при проведении обыска. Обязательно присутствие самого адвоката, а также поощряется присутствие представителя адвокатуры. Замечания самого адвоката должны формально регистрироваться. Немаловажное условие проведения обыска – обязательное подписание протокола сразу же на месте.

     Довидас Виткаускас обратил внимание аудитории на рекомендации адвокатскому сообществу: «Мы рекомендуем Федеральной палате адвокатов стараться объяснить правоохранительным органам, что необходимо принимать во внимание адвокатскую тайну как очень важный элемент защиты надлежащего исполнения правосудия. Мы рекомендуем начать дискуссии об изменении не только в законодательстве, но – что еще более важно – на уровне вторичных правовых актов. Сами палаты, и Федеральная, и региональные, должны своим адвокатам давать понять, что это не только их право, но и обязательство охранять информацию, полученную от клиента».

     Совершенно справедливо представители аудитории оценили степень значимости обсуждаемых проблем. Вопросы эффективных, работающих механизмов защиты адвокатской тайны, противодействие необоснованным обыскам у адвоката и вызовам на допросы напрямую связаны со статусом доверительных отношений адвоката и его клиента. Захочет ли доверитель рассказать все важные для защиты обстоятельства дела, зная хоть о самой минимальной возможности давления на адвоката и утечки данной информации? Именно на страже доверительных отношений, основ самой профессии стоит привилегия адвокатской тайны, справедливо и обоснованно возводимая адвокатами на практике в статус принципов правосудия.

Материал подготовила Ольга Землянова
фото Сергея Унру



© 2004 - 2017 Адвокатская палата Санкт-Петербурга
Редколлегия сайта